Нижегородский суд отказался отменить приговор майору милиции начальнику отделения Ленинского РУВД оперуполномоченному Игорю Сомову и бывшему майору милиции оперуполномоченному Ленинского РУВД Николаю Костерину, которых ранее суд приговорил к 4 годам лишения свободы каждого по самому громкому делу о пытках в российской милиции. Сегодня приговор вступил в силу. Бывшие сотрудники милиции будут отбывать наказание в колонии общего режима. Сомова и Костерина, которых ранее Ленинский суд Нижнего Новгорода признал виновными в доведении до самоубийства и в превышении должностных полномочий с применением насилия и причинении тяжких последствий.

Ранее, 26 января 2006 года Европейский суд по правам человека вынес решение по самому громкому делу о пытках в российской милиции. Суд признал тот факт, что в отношении Михеева сотрудниками милиции были нарушены требования статьи 3 Европейской Конвенции прав человека и основных свобод (запрет пыток). Суд признал, что расследование по делу Михеева не было эффективным и не соответствовало требованиям статьи 3 Европейской Конвенции. Европейский Суд признал нарушение статьи 13 Европейской Конвенции в отношении Алексея Михеева. Европейский Суд присудил Алексею Михееву компенсацию в четверть миллиона евро.

В течение семи лет потерпевший Алексей Михеев, с 22 лет прикованный к инвалидному креслу, ждал суда над истязавшими его милиционерами. Благодаря профессионализму специалистов Нижегородского Комитета против пыток, которые провели общественное расследование, «Дело Михеева» было доведено до суда, а преступники в погонах осуждены. Фонд «Общественный вердикт» содействовал работе адвоката потерпевшего Михеева в защите его и законных интересов.

Суд установил, что 8 сентября 1998 года Алексей Михеев (рядовой сотрудник дорожно-постовой службы) вместе с приятелем Ильей Фроловым познакомились в городе Богородске Нижегородской области с двумя девушками – Савельевой и Крыловой. По просьбе Савельевой Михеев довез ее до Нижнего Новгорода, где они расстались, так как Савельева сказала, что пойдет ночевать к друзьям.

Через два дня, 10 сентября, мать Марии Савельевой обратилась в милицию с заявлением об исчезновении дочери. После чего Михеев и Фролов были помещены в камеру для задержанных. На допросах милиционеры Костерин и Фролов «из-за ложно понятых интересов службы и в погоне за показателями раскрываемости преступности на вверенном им участке» применяли к приятелю Михеева Фролову недозволенные методы дознания: а именно различные формы пыток. Не выдержав издевательств Фролов оговорил себя и Михеева, признал, что они с Михеевым изнасиловали, а затем убили Савельеву. После чего при проведении следственного эксперимента показал сотрудникам милиции вымышленное место, где они с Михеевым якобы закопали тело Савельевой.

Алексей Михеев на допросах свою вину отрицал. После чего к нему были применены пытки электрическим током. Сотрудники уголовного розыска периодически приостанавливали истязание, угрожая при этом продолжить пытку, если Михеев не признается в преступлении, которого не совершал. Не выдержав издевательств, Михеев в наручниках выбросился из окна третьего этажа, разбив стекло головой. В результате падения он получил тяжелый компрессионный перелом позвоночника с разможжением спинного мозга. Через несколько дней Мария Савельева вернулась домой.