После принятия нового российского законодательства о неправительственных некоммерческих организациях (НКО) в начале 2006 г. и его вступления в силу 18 апреля 2006 г., положение НКО в России продолжало ухудшаться. Право на свободу объединений подвергалось все большим ограничениям, давление российских властей на независимые НКО с использованием правовых и неправовых методов усиливалось. Ограничительное применение нового законодательства об НКО сочетается с применением других ограничительных правовых инструментов, таких как анти-экстремистское законодательство, налоговое законодательство и законодательство о митингах, демонстрациях и пикетах. Среди многочисленных проявлений возрастающего давления российских властей на независимые НКО в 2006-первой половине 2007 гг., важно отметить следующие:

 

·         вступление в силу нового ограничительного законодательства об НКО в апреле 2006 г.;

·         крайне затруднительный и бюрократизированный процесс обязательной перерегистрации иностранных НКО осенью 2006 г., приведший к многочисленным проблемам в деятельности ряда ведущих организаций;

·         растущее число отказов в регистрации новых НКО и отказов во внесении изменений в уставные и иные документы существующих НКО, основанные на в высшей степени формальном, бюрократическом и зачастую враждебном отношении к НКО со стороны сотрудников регистрационной службы и требованиях властей о предоставлении информации, не предусмотренной законодательством;

·         растущее использование регистрационной службой проверок НКО с целью оказания давления на организации путем требования документов, не предусмотренной законом, нарушения сроков и других правил проведения проверок, парализации работы НКО в результате обращения, основанного на вмешательстве и враждебном отношении;

·         попытки закрыть несколько ведущих российских организаций по обвинениям в уклонении от уплаты налогов;

·         расширяющееся применение анти-экстремистского и анти-террористического законодательства против НКО и общественных активистов;

·         появление нового феномена массовых одномоментных задержаний по всей стране и незаконных преследований активистов НКО, направляющихся на конференции и демонстрации;

·         расширяющееся использование незаконных ограничений права на мирные собрания путем неправовых отказов активистам в проведении демонстраций и избиений, задержаний и наложения штрафов на участников этих акций;

·         растущая монополизация общественной жизни путем ограничения диалога государства с институтами гражданского общества рамками созданных сверху структур наподобие Общественной палаты и ее аналогов в регионах;

·         продолжающееся бездействие органов власти в ответ на угрозы жизни и насилие по отношению к правозащитникам и независимым активистам со стороны радикальных националистов;

·         продолжающаяся враждебная риторика представителей органов власти в отношении независимых НКО с обвинениями их в деятельности, якобы направленной против национальных интересов, подрыве политической стабильности, связям с зарубежной разведкой и финансировании их работы враждебными зарубежными правительствами и внутренней политической оппозицией.

Давление на независимые гражданские организации в России приняло системную форму в 2006 – первой половине 2007 гг. при том, что руководство страны недвусмысленно поставило вопрос о работе НКО в контекст обеспечения безопасности государства и якобы существующей с их стороны угрозы политической стабильности и самому государству.

 

В последние три года в разных странах мира возник новый феномен, когда авторитарные государства и режимы с имитационными демократическим институтами стали противодействовать международному сотрудничеству в сфере гражданского общества и развития демократии, используя аргумент о том, что зарубежные правительства якобы манипулируют НКО внутри этих стран для вмешательства в политическую жизнь, подрыва суверенитета и смены правящих режимов. Этот новый подход к отношениям между государством и НКО можно наблюдать в более чем 20 странах на разных континентах, и Россия стала одним из лидеров этого глобального процесса.

 

Новая политика российских властей в отношении независимых НКО и их международных партнерских связей, основанная на подозрительности и рефлекторных тенденциях к контролю и ограничению свободы объединений, была в значительной степени вызвана так называемыми «цветными революциями» в соседних пост-советских странах в 2004-2005 годах. Многие представители российских властей поверили в то, что эти события полностью готовились и направлялись из-за рубежа путем иностранной поддержки НКО внутри этих стран. При этом роль простых граждан, возмущенных манипуляциями на выборах и вышедших на улицу с протестом и требованиями восстановления прав и свобод, в расчет вообще не принимается, так как независимое гражданское общество в принципе не вписывается в эту картину мира.

 

Такая оценка привела к тому, что многие представители государственной власти в России стали воспринимать российские НКО, получающие зарубежное финансирование, как потенциально опасных и «угрожающих политической стабильности». В 2005-2007 гг. десятки заявлений подобного рода были сделаны представителями государственной власти и близкими к властям экспертами. Эти заявления получили широкое освещение в общенациональных СМИ, и многие из этих публикаций вполне можно охарактеризовать как клеветнические кампании, направленные на маргинализацию независимых НКО и лишение их легитимности в глазах российского общества. Российские власти неоднократно обвиняли НКО в том, что они якобы финансируются врагами России – зарубежными разведками, олигархами, террористами, преступными группировками и т.д.

 

Отвратительным примером клеветнической кампании в СМИ против НКО стал печально знаменитый скандал с «британским шпионским камнем» в январе-феврале 2006 г., когда руководитель пресс-службы ФСБ заявил, что более десятка ведущих российских НКО финансировались британскими разведчиками, действовавшими под дипломатическим прикрытием в посольстве Соединенного Королевства в Москве. Две недели подряд после первого показа этой истории по центральному телевидению в прайм-тайм эти утверждения по несколько раз на дню воспроизводились в контролируемых государством электронных и печатных СМИ, а также в выступлениях высоких должностных лиц, твердо закрепив в общественном сознании связь между независимыми НКО и иностранными шпионами. В итоге иностранные дипломаты высланы не были, официальные расследования в НКО не проводились,  какие-либо юридические действия властями предприняты не были. Шпионский скандал рассосался. Однако «операцию» можно считать успешной: работа независимых НКО была твердо поставлена в контекст вопросов безопасности и направленности их деятельности якобы против своей собственной страны на иностранные деньги. Эта «операция» была проведена всего через несколько дней после подписания Президентом России подвергавшегося критике нового закона об НКО и была явно направлена на обоснование его принятия.

 

То, что в глобализующемся мире НКО работают поверх границ в своих проектах и что практика финансирования проектов НКО донорами и партнерами из других стран стала признанной нормой жизни современного гражданского общества, не воспринимается многими российскими чиновниками и заслоняется в их представлении теориями заговора, образами врага и иррациональными страхами перед враждебными западными силами, якобы использующими российские НКО для подрыва режима и вмешательства во внутреннюю политику.